Туве Янссон. Противление войне / Tove Janssons motstånd mot kriget

Статья написана на двух языках (русском и шведском) в партнерстве с Luckan Integration – общественной организацией, которая занимается интеграцией на шведском языке в Финляндии.

Denna artikel är skriven på två språk (ryska och svenska) i samarbete med Luckan Integration, som erbjuder information och vägledning om integration på svenska.

«Все было так ужасно. Война!» – говорит Туве Янссон в радиоинтервью. Что толку декорировать свою шапочку в оранжевом цвете или вышивать солнечных зайчиков золотом, когда с тем же успехом можно погибнуть и в своей старой шапке, отмечает она позже. Когда пришла Зимняя война, всё для неё стало серым и ужасным. Иссякло желание рисовать. Истязала депрессия. И в этом всепоглощающем отчаянии она начала писать историю о Долине Муми-троллей, гармоничной, но окруженной катастрофой.

Война захватила ее с неслыханной силой. Хотя и до нее Туве отнюдь не бездействовала и чувствовала – что-то должно произойти. Писательница не молчала. Она со своей матерью (Хам), также создававшей иллюстрированные миры, еще во время межвоенного периода публиковала антифашистские сатирические карикатуры в журнале Garm. Там они критиковали всё, что называлось диктатурой, и высмеивали власть. Поставленные в ряд, ее карикатуры на Гитлера складываются в одно из самых смелых высказываний военного времени. Под страхом репрессий, возможно, даже рискуя жизнью, она с невероятным мужеством демонстрировала всё ничтожество диктаторских режимов. То, с какой нелепостью они себя выставляют. Янссон также изображала повседневную жизнь в бомбоубежищах, нехватку продовольствия и другие лишения. Несмотря на то что жизнь полна печали, ей удавалось шутить и над маленькими трудностями, и над политикой великой державы, лишившей всех свободы. Так же, как образ, юмор – мощное оружие. Он бьет прямо и точно. Когда ей хотелось убежать от серых будней войны, она писала и рисовала персонажей, жаждущих свободы и мыслящих свободно. Свою Долину Муми-троллей.

”Allting var så hemskt. Kriget!” säger Tove Jansson i en radiointervju. Vad hjälper det att dekorera sin mössa i orange eller med solreflexer i guld, lika gärna kan man förgås i sin gamla mössa, konstaterar hon vidare. Med Vinterkriget blev allting grått och hemskt för henne. Lusten att måla torkade in. Depressionen tärde. I sin genomgripande förtvivlan började hon skriva på berättelsen om den harmoniska men katastrofkantade mumindalen.

Kriget grep henne med oerhörd kraft. Men hon hade ingalunda varit overksam innan. Tidigt avläste hon vad som höll på att hända. Och hon höll inte tyst om det. Redan under mellankrigstiden publicerade hon – och hennes mamma Ham som tecknade angränsande bildvärldar – antifascistiska satirteckningar i tidskriften Garm. Där häcklade de allt vad diktatur hette och klädde av makten genom förlöjligande. Ställda invid varandra bildar hennes Hitler-karikatyrer ett av krigstidens modigaste ställningstaganden. Med risk för repressalier – kanske med risk för sitt eget liv – och med oerhört mod visar hon diktaturers futtighet. Hur löjliga de gör sig, då som nu. Men hon skildrar också vardagsliv i bombskydden, matbrist och outhärdliga umbäranden. Trots att livet bär sorgkant orkar hon skoja, både med små omständigheter och med den stormaktspolitik som berövat alla deras frihet. Humorn är ett slagkraftigt vapen, bilden likaså. Den träffar direkt och med precision. När hon vill fly den grå krigsvardagen är det inte konstigt att hon börjar skriva och teckna fram frihetstörstande och frisinnade figurer. Sin mumindal.

Kuva: Muminpappa

Atelier Fauni. Muminpappa, leksak. Åbo museicentral.

Первая книга про Муми-троллей вышла под названием «Маленькие тролли и большое наводнение» в 1945 году, под конец войны, хотя писалась в ее разгар. Долина Муми-троллей пока еще не обрела свою форму, а сама Янссон рассматривала эту книгу как своего рода эскиз. Поначалу произведение характеризует живость и более открытый диалог с чужими книгами, но постепенно автор истории становится все избирательней, а Долина Муми-троллей – все больше и больше ее собственной. Что касается жанра и формы повествования, то книги о Муми-троллях никогда не стояли на месте. Как и перо Янссон. Она постоянно пересматривала свои рукописи, вписывая с присущим ей остроумием новые детали. В результате рукописи о Муми-троллях многочисленны, а книжные издания пестры, как цветущий сад. Исследователи Муми-троллей, как влюбленные в порядок хемули, ждут, что кто-нибудь разберется и покажет, как все-таки на самом деле создавалась Долина Муми-троллей. Также меняется от книги к книге и визуальный нарратив: Янссон переключается между различными приемами и стилистиками.

Тем не менее есть одна вещь, которая объединяет все книги о Муми-троллях: то, как тщательно и бескомпромиссно изображения помещаются на страницы книг. Забота о многогранном диалоге, который происходит между тем, что сказано словами, и тем, что изображено на картинках – свойство проницательного художника во всех его проявлениях. Черта классиков.

Den första muminboken Småtrollen och den stora översvämningen utkom vid krigsslutet 1945. Men den skrevs under brinnande krig. Mumindalen hade ännu inte hittat sin form och Jansson själv betraktade boken som något av en förstudie. En yvighet och en öppnare dialog med andras böcker präglar boken. Efterhand sovrar hon i sin berättelse och mumindalen blir allt mer sin egen. Men till genre och berättarform står muminböckerna aldrig stilla. Det gör inte heller Janssons penna. Ständigt reviderar hon sina manuskript, med sin distinkta kulliga piktur skriver hon fram nya nyanser. Därför är muminmanuskripten många och bokutgåvorna brokiga, som en prunkande trädgård. Muminforskarna väntar likt ordningsvurmande hemuler på att någon ska reda upp och visa hur mumindalen verkligen skrevs fram. Men också i bildberättandet växlar Jansson mellan olika visuella berättargrepp och stilar från bok till bok.

En sak förenar ändå muminböckerna, och det är hur minutiöst och kompromisslöst bilderna är infogade på boksidan. Omsorgen om det mångsidiga samtal som förs mellan vad som berättas i ord och vad i bild är kännetecken på ett framsynt konstnärskap, i alla dess skepnader. En klassikerkvalitet.

Kuva: Snusmumriken

Atelier Fauni. Snusmumriken, leksak. Åbo museicentral.

В долине Муми-троллей героев постоянно подстерегают катастрофы. При всей своей ужасности они могут привести к чему-то новому. В рассказе «Маленькие тролли» ощущается влияние войны. Муми-мама и сам Муми-тролль бегут от наводнения, они собирают еду, спешат, а на пути они встречают разруху и растерянных жителей долины. Этот масштаб, который вводит Янссон, применим ко всей Долине Муми-троллей: кто-то очень-очень маленький или кто-то, кто чувствует себя маленьким, перед лицом внешней угрозы. Это ключевая деталь в Долине Муми-троллей. Разделенная семья Муми-троллей воссоединяется и находит путь в свою долину. По сути, мир Муми-троллей – это история семьи, которая спасается от ужасных обстоятельств. Долина Муми-троллей считается олицетворением толерантного и гостеприимного общества. В семье тепло принимают всех и живут непритязательно, и запросто ставят еще один стул, когда в гости заявляются всякие скруты и кнютты. Не даром текстильная компания Finlayson использовала образ Муми-тролля в своих газетных объявлениях, приветствуя поток беженцев, прибывших в Финляндию в последнее время.

Уже в «Маленьких троллях» Муми-папа – довольно жалкий персонаж. Во время наводнения он сидит на ветке дерева и отправляет послания в бутылках. К счастью для него, сумочка Муми-мамы вмещает в себя почти всё. Словно штопор, она может откупорить бутылку с посланием и прийти ему на помощь. Будучи писательницей-феминисткой, Туве Янссон не видит никаких препятствий тому, чтобы именно Муми-мама решала проблемы и спасала ситуацию. Антифашистская позиция находит отклик в ее творчестве повсеместно. Одна из ее картин называется «Бомбоубежище» (1940), она была написана во время войны. А еще – один из ее комиксов был переполнен страхом и ощущением опасности, когда Муми-мама плывет по морю, сидя на мине. В военное время от женщин ожидают, что они будут рожать детей и обеспечивать нацию желанным приростом народонаселения, так как множество людей гибнет на фронте. Туве Янссон отказалась в этом участвовать. «Какого черта я буду для них делать пушечное мясо!» – заявила она и пообещала, что родит, только когда люди перестанут убивать: «Но они же никогда не остановятся!»

I mumindalen går man ständigt och väntar på katastrofer. De kan i all sin hemskhet leda till något nytt. I Småtrollen är krigets inverkan påtaglig. Muminmamman och mumintrollet är på flykt undan en översvämning, de samlar mat, de hastar fram, förödelse och vilsna figurer kantar deras väg. En skala Jansson introducerar kommer att gälla för mumindalen i stort: nämligen att någon är väldigt, väldigt liten eller att någon känner sig liten inför ett yttre hot. Det är ett grundackord i mumindalen. Den splittrade muminfamiljen återförenas och finner fram till sin dal. I grunden är mumindalen alltså berättelsen om en familj som flytt undan ohyggliga omständigheter. Mumindalen har setts som sinnebilden för ett tolerant och välkomnande samhälle. Familjen äger en alltomfamnande värme och chosefria levnadsvanor och ställer helt sonika fram en stol till då allehanda knytt och skrutt strömmar till. Inte för intet har tygföretaget Finlayson använt sig av mumin då de i helsidesannonser i dagspressen välkomnat de flyktingströmmar som sökt sig till Finland i vår tid.

Redan i Småtrollen är muminpappan en lite ynklig figur. Vid översvämningen sitter han på en trädgren och skickar flaskpost. Tur för honom då att muminmammans handväska rymmer det mesta. Som en korkskruv hon kan korka upp flaskposten med och komma till hans undsättning. Som feministisk författare ser Tove Jansson inga hinder alls att låta just mamman vara den lösningsinriktade som räddar situationen. Överallt i hennes konstnärskap går den antifascistiska hållningen igen. En tavla heter ”Bombskyddet” (1940) och målades under kriget. I en av hennes serier bryter skräck och försiktighet ut då muminmamman kommer flytande från havet sittande på en mina. Under krigstiden förväntades kvinnor föda barn och förse nationen med önskad återväxt då många stupade vid fronten. Det vägrar Tove Jansson ställa upp på. ”Men så fan heller om jag producerar nån kanonföda för det!” konstaterar hon kraftfullt och lovar att när männen slutar döda ska hon föda: ”Men de slutar ju aldrig!”.

Kuva: Sniff

Atelier Fauni. Sniff, leksak. Åbo museicentral.

Даже сегодня можно купить футболки с ее антифашистскими сатирическими рисунками. Потому что, к сожалению, контекст военного времени, который породил книги о муми-троллях, не утратил своей актуальности. По всему миру бушуют беспощадные войны. В нашей растерянности по поводу того, как относиться к войне, мы можем найти утешение и знание в искусстве Туве Янссон: бескомпромиссном, храбром, всегда добром и не заискивающе доброжелательном. Война обрушила на нее свои страдания. Казалось, что все ее существо вот-вот взорвется. Весь ее невольный военный опыт стал в книгах о муми-троллях ноткой надежды. Большинство людей в Финляндии хранит семейную историю, в которой есть и война, и бегство, и депрессия, и проблески надежды. В предисловии к факсимильному изданию «Маленьких троллей» Туве Янссон подводит итоги: «Как бы там не было – это мой первый happy end!» Надежда жива даже в самых ужасых обстоятельствах. К счастью, она никога не узнает, что персонажей ее книг о муми-троллях, сотворенных из стремления к миру, теперь на плакатах в Санкт-Петербурге использует российская военная пропаганда.

Än idag går det att köpa t-skjortor med hennes antifascistiska satirteckningar. För tyvärr har inte den krigskontext muminböckerna springer ur minskat i relevans. Runtom i världen rasar skoningslösa krig. I vår vilsenhet krig hur vi ska hantera krig kan vi hämta tröst och kunskap i Tove Janssons kompromisslösa, modiga, ständigt snälla och oinställsamt välvilliga konst. Kriget hopade sin ångest i henne. Det var som om hela hon hotade att explodera. All den krigserfarenhet hon ofrivilligt samlade på sig blev till en hoppfull ton som hörs ljuda genom muminböckerna. I Finland bär de flesta på en familjehistoria där krig och flykt, grå depression och strimmor av hopp, nuddar vid våra liv. I förordet till faksimilutgåvan av Småtrollen avslutar Tove Jansson: ”Hursomhelst, här var min allra första happy end!” Hoppet lever, också i de värsta av omständigheter. Som tur är får hon aldrig veta att hennes muminfigurer, som skapades ur en stark längtan efter fred, nu används i rysk krigspropaganda på affischer i St Petersburg.